В руках зверя  - Джорджиана Золомон

– Что, тварь, ты думал, что я не сумею? Ты правда считал, что уйдёшь от меня? – взревел я.

В моменты злости я себя не контролировал. В такие моменты я переставал быть собой. Словно что-то в меня вселялось. Я не управлял собственным разумом, действиями, мыслями. Я переставал быть собой, обнажая что-то нечеловеческое.

Кто-то это называл одержимостью. Кто-то жестокостью. А я понимал, что все намного прозаичнее. На самом деле, это был всего лишь я. Настоящий я.

Никаких демонов. Никаких темных сил. Никакой нечисти.

Никаких сожалений и оправданий.

Исключительно жалкий я. Не заслуживающий ни пощады, ни прощения.

Просто я.

Он правда думал, что уйдет. Мой собственный брат думал, что сможет меня перехитрить. Ростислав всем сердцем в это верил, иначе бы не оставил Элану умирать в том богом забытом месте. У самого черта на куличках.

И ведь еще пара минут, может быть, даже секунд, и все.

Не было бы больше меня. Не стало бы Эланы, не стало бы и меня вместе с ней. Забылись бы мы с ней оба во времени и бытие.

– Ты думал, что я не смогу. Ты зарвался, сволочь… – Я ударил брата в третий или четвертый раз. А, может, пятый. Я не считал.

Да кто бы считал на моем месте? Преданный и униженный… собственной семьей.

Разве можно придумать что-то хуже?

Мы снова находились на цокольном этаже аэропорта. Мы снова были в той же комнате. Ничего не изменилось. Ростислав бегал по кругу.

Только на этот раз мы были одни. На этот раз я собирался убить своего брата. Собственными руками. Без чьей-либо помощи. И он даже не смог дать достойный отпор.

Жалкое подобие мужчины. Жалкое подобие человека.

Как я мог воспитать такую размазню? Такую сволочь?

– Думал, что это не в моей власти? – Я рассмеялся. – Ты даже не представляешь, как далеко тянутся мои связи… – В ответ младший лишь прохрипел что-то невнятное.

Ростислав сумел уйти.

Мы сошлись на том, что я отпускаю его, и он честно сообщил мне координаты местоположения Эланы. Даже сумел изобразить сожаление. Проклятый, лживый, лицемерный кусок дерьма.

Вот только это уже ничего не меняло. Он бил ее, он похитил ее, он удерживал ее силой. И, казалось бы, я недалеко от него ушел, но убивать ее… убивать любовь всей нашей жизни… это каким же чертовым психопатом нужно было уродиться?!

Убить Элану… убить это неземное существо…

Конечно, развернуть самолет в небе – это под силу не каждому. Но у Каменского не было выбора, ибо он был дважды должником и понимал, что связываться со мной выйдет боком всему его роду. А я пообещал добраться до каждого. И собирался сдержать свое слово.

Ростислав такого не ожидал. Он был уверен, что уже в безопасности. Его план был прост и сложен одновременно, только он забыл, что я всегда был сильнее. Я всегда был на шаг впереди него. Я никогда не сдавался. Иначе мы оба сдохли бы много лет тому назад.

И этот случай не был исключением.

– Я же… я… твой… брат… – прохрипел Раст, пытаясь встать с колен. Пытаясь оправиться от очередного удара. Валяясь на грязном полу. Там, где ему было самое место.

И я бы прислушался. Что бы не случилось, я бы не забыл о кровных узах. Ведь брат оставался братом. Он всегда был на первом месте.

Но Элана… он тронул то, что трогать было нельзя.

Я бы все ему простил. Все спустил бы с рук, как это бывало раньше, но только не ее жизнь, висящую на волоске. Не ее, едва живую…

– Ты ходящий покойник, Ростислав… ты до сих пор этого не понял?

Тишина оглушила меня своим ответом.

Неожиданная для нас обоих.

– Элана рассказала мне все о Каре. – Это стало вторым ударом за короткий промежуток времени. Невнятно, но она смогла донести суть после того потрясения, что с ней стряслось. – Ты отнял мою семью. Ты отнял любимую невесту, когда переспал с ней, зная, что через несколько месяцев я… я, черт бы тебя побрал, собирался на ней жениться!

Я по сей день, до сих пор не мог понять, как он смог вонзить мне такой нож в спину.

Я растил его, я заботился о нем. Если бы не я, он бы сгнил в каком-нибудь проклятом детском доме, всеми позабытый! Неужели все то, что я сделал для брата не играло никакой роли? Не имело никакого значения? Неужели я и впрямь был для него пустым местом?

Почему я любил, а на меня плевали в ответ?

Как? Я ведь был самым близким человеком… я отдавал ему лучшее, что у меня было. Я старался, я жил, вставал каждый день с постели, я боролся и купался в крови ради него… только бы мой младший брат не проходил через тоже самое дерьмо, что и я. Только бы он оставался чистым.

Только бы остался человеком. Сохранил свое Я. А ведь и сохранять было нечего, как показало время.

Как? Почему? Как я допустил это? Как проморгал все самое важное?

– Я не хотел…

– Неужели? – Я присел на корточки рядом с окровавленным братом. – Ты заснял на пленку секс с моей любимой женщиной, но даже это я спустил тебе с рук, потому что любил! Потому, что ты мой брат! Я покарал ее, а тебя пощадил! – заорал я. – А что ты сделал в ответ? Ты забрал мою дочь, ты забрал мое сердце, а затем попытался ее убить… вместо того, чтобы сделать счастливой.

– Я правда… я не…

– Лучше молчи, – с горечью прошептал я. – Лучше молчи, Ростислав. Сегодня моего брата не стало. А, может быть, его не стало намного раньше, просто я в упор этого не хотел видеть, – проговорил я, приподнимая его лицо за подбородок, заглядывая в его пустые глаза.

Он был частью меня. Моей семьей.

Мы ведь были одной крови… Связаны на веки и до самого конца.

Но сегодня этому следовало положить конец, потому что он перешел все границы. Он обернулся настоящим Зверем.

– Не… убивай… меня… ты пожалеешь… ты не сможешь… жить с этим…

Я снова заглянул в его лицо и понял, что это чистая правда.

Но при этом, не изменил своего решения. Постучал кулаком дважды в стену, и мои ребята тут же возникли на пороге.